Ранее данный журнал обновлялся текстами преимущественно такого характера: достаточно краткими размышлениями традиционалистской тематики и рецензиями на некоторые понравившиеся и не рассмотренные в дружественных журналах произведения кинематографа и анимации. Какова была роль текстуальных трудов в вышесказанном? Они использовались как инструменты, или, вернее сказать, оптические приборы той или иной конфигурации, позволяющие увидеть порой совсем неочевидное с точки зрения общего контекста ситуации. Просмотрев покамест не слишком большой объем содержания этого блога, станет очевидным характер дискурса, быть причастным к которому я стремлюсь с относительно недавних пор. Зададим следующий вопрос (и это будет вполне в духе парадигмального анализа, о котором ниже) – что значат имена первичных продуцирующих, непосредственно вырабатывающих на пост-советском пространстве дискурс традиционализма, выстраивающих свою систему координат в соотвествии с истинами Примордиальной Традиции (а таких всего трое – Александр Дугин, Евгений Головин и Андрей Чернов)? Так как говорить об авторе можно было лишь в границах парадигмы Модерна, в Традиции его еще не было, а при переходе в ПостМодерн – не стало, имена имеют специфический характер маркирующих тот или иной текст, и за этими пометками находятся медиаторы иных энергий, иных миров. Когда Александру Гельевичу Дугину задали вопрос, существом какой парадигмы он является, то ответ был «что-то еще». Опустив адекватность этого вопроса, сразу прокомментирую ответ - с этим чем-то иным и предстоит иметь дело, и в этом случае такой труд, как «Постфилософия», пожалуй, дает наилучшее представление о ситуации космической среды и неразрывной ее связи с человеком.
понедельник, 16 ноября 2009 г.
воскресенье, 18 октября 2009 г.
吸血姫美夕
Парадигматически «Kyuuketsu Hime Miyu» можно было бы определить как сказание о мучениях Героя, продемонстрированное с особенностями женского нарратива. Но если обратиться к дефиниции Героя по Егорию Простоспичкину (о которой чуть ниже), то ввиду специфического положения центрального персонажа - Мию в иерархии миров, определение ее как Героя кажется несколько недостаточным, хотя героические черты часто проскальзывают на передний план. Следует принять как данность археомодерновой специфики то, что данный сюжет весьма далек от принципиально превосходящих последующие нисходящие формы образцов Примордиальной Традиции, то есть отнестись к базовой детерминированности рассказа благосклонно, деконструируя те или иные детали как резидуальное сакральное или частное человеческое (точнее говоря, женское), ведь у разработчиков всегда есть соблазн выстроить персонажа, способного на что-то «самостоятельное».
Ярлыки:
Благородные Существа,
метафизика пола,
рецензии,
prime ordial
пятница, 14 августа 2009 г.
鬼公子炎魔
В "Благородном Князе Энма" предположительно повествуется о прорыве агентов Хаоса в мир тварный и отвественной миссии существ альтернативного Порядка,
не дающего воплощенному пасть в ходе проявления нечеловеческой воли. Центральные персонажи суть аватары владык адской иерархии, отдаленно напоминающие человеческое воплощения. Характерно, что подмеченная в "Одержимых смертью" дихотомия японской традиционной культуры - огонь и снег (холод) проявляется и здесь, в образах Князя Энмы, проводника инфернального огня, и Снежной Принцессы, Мидзоре Юки-Химе (Снежинки).Тут можно продолжить символический ряд в направлении огонь - мужское - безотвественность и снег-женское ответственность. Подробнее о этом можно прочесть у Андрея Чернова следующее:
"...Если считается необходимым активизировать стратегии сохранения, безопасности и выживания (женские стратегии), нужен ответственный дискурс...
не дающего воплощенному пасть в ходе проявления нечеловеческой воли. Центральные персонажи суть аватары владык адской иерархии, отдаленно напоминающие человеческое воплощения. Характерно, что подмеченная в "Одержимых смертью" дихотомия японской традиционной культуры - огонь и снег (холод) проявляется и здесь, в образах Князя Энмы, проводника инфернального огня, и Снежной Принцессы, Мидзоре Юки-Химе (Снежинки).Тут можно продолжить символический ряд в направлении огонь - мужское - безотвественность и снег-женское ответственность. Подробнее о этом можно прочесть у Андрея Чернова следующее:"...Если считается необходимым активизировать стратегии сохранения, безопасности и выживания (женские стратегии), нужен ответственный дискурс...
Ярлыки:
Благородные Существа,
метафизика пола,
рецензии,
prime ordial
воскресенье, 28 июня 2009 г.
Телесный страх и фиксация
Когда замки телесного страха потихоньку начинают сниматься, многое становится очевидным. Когда готовишь восприятие к возможному конфликту не в заданных условиях, а на нейтральной территории, основная проблема - страх перед первым ударом.
Приблизительно полгода назад я очень боялся прямого в голову - после того как простоял тренировку в полный контакт с бывшим боксером. После десятой атаки восприятие попросту отказывало, и я, несмотря на усилия по предупреждению, многократно получал в голову.
Когда я нарабатывал блоки и сбивы против разных типов ударов с разными укэ, открылось новое. Страх вызывает, в первую очередь, начальный импульс - когда нанося удар рука разгибается на первую треть/половину - у неподготовленного это происходит в рваной и резкой манере, а следующие же стадии только тормозят удар. Неподготолвенные удары бывают очень разные - мешают и вводят в заблуждение на первых порах удары с зажатым телом, когда корпус после нанесения зажимается, напрягается в ожидании ответного. Такой укэ практически бесполезен, а в сражении на нейтральной терристории - гарантированный труп.
Любой поединок, сражение - это война восприятий. Пока ты держишь четыре точки двух рук и двух ног - ты жив. Когда фиксация взгляда уходит из заданной точки под шеей - это гарантированный проигрыш. Ожидаемого удара не миновать. Это же к фиксации на чем-то конкретном. Централизованная уравновешенность проявляется и здесь. Смотреть надо сквозь.
Приблизительно полгода назад я очень боялся прямого в голову - после того как простоял тренировку в полный контакт с бывшим боксером. После десятой атаки восприятие попросту отказывало, и я, несмотря на усилия по предупреждению, многократно получал в голову.
Когда я нарабатывал блоки и сбивы против разных типов ударов с разными укэ, открылось новое. Страх вызывает, в первую очередь, начальный импульс - когда нанося удар рука разгибается на первую треть/половину - у неподготовленного это происходит в рваной и резкой манере, а следующие же стадии только тормозят удар. Неподготолвенные удары бывают очень разные - мешают и вводят в заблуждение на первых порах удары с зажатым телом, когда корпус после нанесения зажимается, напрягается в ожидании ответного. Такой укэ практически бесполезен, а в сражении на нейтральной терристории - гарантированный труп.
Любой поединок, сражение - это война восприятий. Пока ты держишь четыре точки двух рук и двух ног - ты жив. Когда фиксация взгляда уходит из заданной точки под шеей - это гарантированный проигрыш. Ожидаемого удара не миновать. Это же к фиксации на чем-то конкретном. Централизованная уравновешенность проявляется и здесь. Смотреть надо сквозь.
среда, 17 июня 2009 г.
Мир был обьят огнем, и была лишь одна свободная от него зона. В ней лежала книга в потертом багровом переплете. Книга, которая не давала миру окончательно пасть в огне.Она была чем-то сродни апокрифу, и на ней была написана некая цитата из Библии или (около)библейское название, которое я не запомнил как будто бы специально.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)